Режиссёр Екатерина Симонова представила новую постановку, основанную на пьесе Арбузова, в которой исследуется феномен юношеского цинизма и недолюбленности. Спектакль, получивший рейтинг 16+, рассказывает историю о трёх друзьях, Кае, Никите и Терентии, которые борются с внутренними демонами, вызванными равнодушием своих успешных родителей. Центральное место действия занимает просторная московская квартира двадцатилетнего Кая. Здесь три друга, казавшиеся внешне благополучными, оказываются запертыми в ловушке своего одиночества и внутреннего холода.
От скуки и желания отомстить миру за собственные страдания герои решают начать играть в "жестокие игры". ОниManipulate чувства окружающих, вмешиваясь в жизни доверчивых персонажей, таких как Неля, приехавшая из провинции. Эта история о болезненном взрослении и инфантилизме, который оборачивается жестокостью, напоминает, как легко можно разрушить чужой мир, когда в своём собственном царит пустота. В ходе событий герои сталкиваются с последствиями своих поступков, претерпевают предательство и потери, что ведет их к суровой реальности взрослой жизни. Подробности можно узнать на сайте Metro Петербург.
Екатерина Симонова выбрала для своего спектакля пронзительную, оголённую форму, отказываясь от бытового реализма в пользу символизма и психологического накала. Уникальный режиссёрский прием заключается в том, что начало и финал спектакля полностью зеркалят друг друга. В эти моменты артисты выходят из своих образов, стирая "четвёртую стену", и обращаются к зрителям от первого лица, делясь тем, о чём этот спектакль именно для них. Звучат искренние слова о прощении, милосердии и важности не сдаваться, даже когда ситуация кажется безвыходной.
Эмоциональные пики героев передаются через яркое физическое действие. Во время своих самых болезненных монологов актёры не остаются на плоскости сцены, а взбираются на столы и стулья. Этот жест возвышения над бытом подчеркивает их отчаянную попытку докричаться до небес, до родителей и до самих себя. Декорации также аскетичны: на сцене отсутствует привычный уют квартиры, только строгие столы и стулья. Однако этот холодный вакуум наполняют два мощных визуальных символа: огромный детский коник-игрушка и детская кроватка, напоминающие о навсегда утраченном детстве героев.
Восприятие спектакля зрителями вызывает бурю противоречивых эмоций. Арбузовская мораль здесь представлена без прикрас: герои совершают подлости, и их жестокость отталкивает, но сквозь этот цинизм просвечивает их собственная неизбывная боль. Зритель оказывается в ловушке: персонажей хочется одновременно осудить и пожалеть, как брошенных котят. Актёрская игра заслуживает отдельных оваций. Артисты выступают на пределе своих возможностей, с горящими глазами и дрожащими голосами. Каждому актёру веришь безоговорочно, будь то холодная отстранённость Кая или отчаянная угловатость Нели. Молодая труппа демонстрирует такой градус искренности, что в зале временами воцаряется тишина.
Несмотря на очищающий финал и светлые слова о прощении, оставшееся послевкусие оказывается сложным и горьким. Спектакль не даёт лёгких утешений. Взглянув на истерзанные души повзрослевших детей, зритель покидает зал с большим сомнением: действительно ли герои одумаются? Хватит ли им сил изменить свои жизни, или этот круг жестоких игр, запущенный травмой поколений, будет продолжаться бесконечно?
Таким образом, спектакль от ТЮЗа не ставит точку. Он оставляет зрителя с болезненным, но необходимым многоточием.